Программное

Всё пропало!

Правые консервы вздыхают о раньших временах, изнемогая от натиска беспощадной толерантности. Разные бараны хихикают про дядю Бена и не понимают, что оскорбительного для эскимосов в названии мороженого. Я, кстати, тоже не понимала, но мне объяснили. что название "эскимосы" неприятно для народа, называющего себя иннуитами. Вроде как в Украину и на неё же.

Кстати, про дядю Бена можно было бы сообразить по аналогии с дядей Томом. Граждане просто не знают контекста, поэтому бурно веселятся. Как если бы чебуреки, например, назывались "чучмеками" или "хачиками". Мелочь, но неприятно ведь? Или жареные колорады? Щука по-жидовски? Рашка-парашка? Мыло "Еврейское" (или абажур)?

Между прочим, это не левацкая общественность переименовала декретом, а сами производящие компании держат нос по ветру. Обыкновенный маркетинг. А так да, времена меняются. Пигмеев и тасманийцев уже не принято показывать в зоопарках. Многое, что было приемлемым сто и двести лет назад, полностью вышло из обихода. Да что там говорить... Во время моей молодости во всех фантастических произведениях герои безответственно курили в космических рейсах. Будущее наступило, никто не курит, но и космических рейсов нет. Одни сплошные разочарования.

Побывала на митинге

Выгуляла новую маску.


Ничего так, удобно.
Бутылка с трубкой для воды, как у велосипедистов. Трубка закручена в пластиковый каркас, который сгибается, принимает и держит удобную форму. (Это уже ноу-хау с моей работы, у нас специальная лаборатория есть, и они рекламировали такое приспособление для инвалидов). Главное это удобное место, чтобы пристроить саму бутылку - вес должен быть сбалансирован, и надо найти правильный метод протаскивания трубки через маску.
Я думаю, что нужен жилет или хорошая разгрузка ("лифчик").
Надо пойти прикупить снаряжение, оно же tactical gear. Минимум как у ментов для подавления бунта, с лицевым щитком, газовой маской, щитом (на него же клеить лозунги) и прочим. Иначе смысла не имеет протестовать.

Вот она (бутылка с трубкой)


Ещё одна инженерная задача (кто возьмётся? мне так и не удалось приспособить) - это палка для селфи под держатель для плаката.
Она лёгкая, телескопически выдвигается, и при случае ею можно хорошо заехать в солнечное сплетение.
Увы, держать она не хотела.

Запасные маски и мелкие причиндалы (в водонепроницаемом пакете, на случай форс-мажора. Туда же тампоны и прокладки для дам, бинты, лекарства.)


 

Сколько я помню демонстраций, пенты всегда паслись прямо на периметре, нагло поигрывая дубинками и в полном облачении.
Сегодня они скромно затерялись в сторонке, в одних масочках.
Надолго ли? Риторический вопрос...










 

Наконец-то вижу своих, это мой однопартиец.








Чужие стихи

Я думал, что сердце из камня,
Что пусто оно и мертво:
Пусть в сердце огонь языками
Походит — ему ничего.

И точно: мне было не больно,
А больно, так разве чуть-чуть.
И все-таки лучше довольно,
Задуй, пока можно задуть…

На сердце темно, как в могиле,
Я знал, что пожар я уйму…
Ну вот… и огонь потушили,
А я умираю в дыму.

В час быка - 20

Сцена № 71
Комната Фай Родис (Храм Времени).
Ночь.

Фай Родис, спящая в кровати, просыпается и прислушивается. Раздаётся сильный шум: грохот, голоса людей.
Камера показывает коридор, заполненный карателями и охранниками, которые расступаются, освобождая путь техникам, несущим громоздкий аппарат.
Фай Родис становится видна в дверном проёме спальни. Входная дверь открыта, её перегораживает плёнка защитного поля. Охранники, увидев Фай Родис, начинают суетиться, показывать на неё и делать знаки стоящим позади техникам. Фай Родис усиливает поле, серая стена скрывает происходящее в коридоре.
Фай Родис вызывает “Тёмное Пламя”. По мере разговора камера переключается на говорящего.
Фай Родис: Рифт, я в опасности. Похоже, меня хотят убить или взять в плен. Они принесли какой-то огромный аппарат ко входу.
Переключение камеры на интерьер звездолёта. Звучит общий сигнал тревоги. Земляне сбегаются в командный центр.
Гриф Рифт: Я давно опасался чего-нибудь подобного и не переставал удивляться твоей игре с Чагасом.
Фай Родис: Это не он. Чагас сейчас в секретных покоях.
Гриф Рифт: Тем хуже. Чем ничтожнее власть имущие, тем они опаснее. Я прилечу, не теряя ни секунды. Неужели вы наконец будете на корабле, а не в аду Торманса?
Фай Родис: Здесь множество людей ничем не хуже нас, и они обречены в нём оставаться до смерти.
Гриф Рифт: Немедленно уходите!
Камера “выхватывает” быстрые манипуляции Гриф Рифта на голографическом экране звездолёта.
Раздаётся тревожный сигнал браслета, и Фай Родис переводит взгляд на него, после чего взволнованно говорит: Поле слабеет! Они разрушают его!
Раздаётся треск. Прибор нападающих прорывает защитное поле, закрывающее вход в комнату. Фай Родис отступает назад и устанавливает защитное поле вокруг себя. В комнату врываются охранники, указывая на Фай Родис, стоящую в центре переливающегося защитного купола. Техники переносят генератор и направляют его раструб на защитное поле. Оно начинает колебаться, разрываться и терять “густоту”. Фай отступает к стене. Защитное поле полностью исчезает.
Экран звездолёта подёргивается цифровыми помехами и искажениями (как при нестабильном приеме спутникового сигнала).
Гриф Рифт: Фай, любимая, что происходит?!
Фай опускается на колени перед СДФ:
— Поздно, Гриф! Я погибла. Приказываю и умоляю вас: не мстите! Нельзя вместо светлой мечты о будущем посеять ненависть и ужас в народе Торманса! Самоуничтожение через минуту!
СДФ включает обратный отсчёт.
Фай Родис видит в луче аппарата свою дочь, протягивает к ней руки и шепчет:
— Другого пути нет, Джелль! Я не могу попасть к ним в руки живой. Прости!
Ворвавшиеся «лиловые» с торжествующими криками бросаются к Родис. СДФ взрывается, уничтожая всю толпу вместе с аппаратом. Храм Времени тает в шарообразной вспышке мощного взрыва. Ослепительный голубой огонь возносит пепел в верхние слои атмосферы. Камера показывает планету, опоясанную воздушными потоками. Внизу, на территории хвостового полушария — множество огней, трассеров и сигнальных ракет.


Сцена № 72
Храм Нежной Смерти.
Утро.

Площадь на холме, покрытая бурым стекловидным материалом. Дорожка ведет через площадь к лестнице. Уступ лестницы украшен вазами и массивными колоннами. Многоуровневое здание наверху сверкает в оранжево-алых лучах солнца. Из двух чёрных чаш перед входом струится лёгкий дымок.
Процессия молодых людей и девушек в яркой одежде, с венками на шее, приближается к храму. Среди них — Шотшек. Обречённые на смерть явно одурманены, двигаются неловко и раскачиваются на ходу, распевая гимны.
Шотшек (поднимая голову и с трудом фокусируя взгляд на окружающих): Это где я? Уже не в больнице?
Процессия медленно приближается к ступеням. Провожающие останавливаются. Пары поднимаются по ступеням и стоят у входа, обернувшись назад и продолжая петь.
Шотшек: Кажись, моя же собственная наркота... Не, наша очистка лучше...
Девушка, стоящая в паре с Шотшеком, заглядывает ему в лицо: — Пой!
Шотшек: Чего? Нежная смерть... что, уже?!
Музыка разливается по площади. Открываются двери храма.
Шотшек: Я не хочу умирать! Вы идиоты! Смерть не меняет ничего... Я хочу попросить прощения у этой девчонки! Хочу всё исправить!
Идущие рядом подталкивают Шотшека к дверям. Он делает шаг назад, трясёт головой и вырывается:
— Я не хочу!


Сцена № 73
Штаб подполья.
Утро.

Вир Норин из неизвестного подвального помещения разговаривает по голографической видеосвязи с товарищами на звездолёте. С ним – Эвиза, стоящая в обнимку с Сю-Те, Цасор, другие девушки из барака, Гзер Бу-Ям со своей компанией, Таэль и Серые Ангелы.
Гриф Риф (побледневший и с окаменевшим лицом, глухо): Итак, все в сборе, кроме Эвизы.
Вир Норин: Пока звездолёт здесь, власть затаилась, но едва вы улетите, начнётся террор. Поэтому мы уходим в глубокое подполье. Но сопротивление уже ничто не сломит. Вот, посмотри, и это только начало!
Таэль приветствует землян и подносит к браслету снимок, на котором изображены Ген Ши и Ка Луф, сидящие мёртвыми в роскошных чёрных креслах, с искажёнными от ужаса лицами. Гарпунообразные ножи торчат из скрюченных тел.
Таэль: Как видите, Ген Ши и Ка Луф понесли заслуженную кару. Смертельно наказаны ещё двадцать главных виновников нападения.
Мента Кор: Чего вы этим добьётесь?
Глава Серых Ангелов: Это необходимо. Подолгу люди ждали воздаяния своим палачам, а века шли, накопляя зло и усиливая беспомощность.
2-ой Серый Ангел:  Когда бесславно начнут погибать тысячи змееносцев и их подручных – тогда высокое положение перестанет привлекать негодяев.
Олла Дез: Вы все должны взглянуть на это немедленно! (Переключает экран на передачу с Торманса).
На площади рядом с Храмом Нежной Смерти собралась толпа «кжи», в «лиловых» летят камни из мостовой. Слышны крики: «Нежная смерть — для владык и их приспешников!», «Конец Четырём!», «Бей лиловых!», «Чагаса — на мыло!» В первых рядax дерущихся мелькает лицо Шотшека.
Гзер Бу-Ям: Вот это номер!
Парни и девушки «кжи» показывают пальцами на экран: — Это наши ребята с фабрики, я их видела! — Шот Ка-Шек! — Конец Нежной Смерти! — Пусть они сами сдохнут! – Идём туда!
Гзер Бу-Ям: Наверное, ты не поймёшь меня, рыжая, но я должен быть там. Он был моим другом.
Эвиза: Я понимаю, и мы идём вместе!
Гзер Бу-Ям: Слишком опасно!
Эвиза: К опасности я подготовлена лучше, чем ты. Кроме того, многим потребуется медицинская помощь. (Подхватывает свой врачебный саквояж).
Таэль: А меня ты не зовёшь,  брат?
2-ой «Серый ангел» (пожимая руку Гзер Бу-Яму): Пришло время доказать, что это не только ваша борьба.
Глава «Серых ангелов»: Мы многому научились у Родис и вас всех, но пробил час действовать самим. Идём на помощь восставшим!
Все уходят вместе с Виром и Сю-Те. Камера переключается на звездолёт.
Соль Саин : Конечно, мы не можем остаться в стороне, когда разожгли здесь пламя революции.
Нея Холли: Иначе за что погибли наши товарищи?
Див Симбел: Мы знаем расположение баз «лиловых» и армии. Надо их уничтожить, пока они не подошли к столице (садится за пульт).
Мента Кор: Нужна помощь с двигателями? (Включает голографическую проекцию.)
Чеди Даан: Не забудьте о хвостовом полушарии, друзья! А моё место там, на площади!
Соль Саин: И моё! Пора опробовать собственную конструкцию.
Все смотрят на Рифта. Он с трудом улыбается. Прикрывает глаза и видит сына в школьном саду.
Гриф Рифт: Кажется, разногласий у нас нет. За дело, товарищи!
Соль Саин: Скоро встретимся!
Чеди Даан: На свободном Тормансе! (Выходит в обнимку с Саином).


Сцена № 74
Индия. Плоскогорье Реват (Земля).
Вечер.

Школьники сидят у костра, горящего в каменном углублении на площади перед памятником. Девушка индийского типа отнимает руку у соседа и вынимает из волос заколку, протягивая её вперёд на ладони. В свете луча появляется огромная голограмма. Показывается планета Торманс, голубой огонёк указывает место на поверхности, съёмка приближает и увеличивает изображение. Это бывшая столица. На месте гибели Родис вместо памятника Всемогущему Времени широко раскрывается полукруглое сооружение. Лестница ведёт на крутую арку, окружённую наверху открытой галереей. Оба конца площадки, прикрытые прозрачными зонтами держащихся в воздухе куполов, резко выдвигаются в небо.
Голограмма Учителя: Планета Тор-Ми-Осс, член Великого Кольца Миров.
Светловолосый парень: Значит, Час Быка на Тормансе кончился?
Алый туканец: Неужели это сделали вы, земляне?
Девушка с зеленовато-фиолетовой кожей: Нет! Обитатели Торманса сделали это сами!
Учитель: Жертвы олигархического режима даже не подозревали, что они жертвы, находящиеся в незримой тюрьме замкнутой планеты. Всякая неудача управления прямо или косвенно оплачивалась народными масами. И наконец стало ясно, что под новыми масками затаилась всё та же капиталистическая сущность угнетения, подавления, эксплуатации, умело прикрытая хорошо разработанными способами пропаганды.
Парень азиатского типа: Прибытие звездолёта послужило зарядом для восстания.
Девушка с косами: Родис и её спутники восстановили в тормансианах две гигантские общественные силы: веру в себя и доверие друг к другу!
Темноволосый парень: Ничего нет могущественнее, чем люди соединённые доверием. Вы видели, как они стали одним народом в конце?
Зеленокожий: Даже слабые люди закаляются в совместной борьбе и становятся способными на самопожертвование.
«Абориген»: Уничтожен ещё один остров инферно во вселенной. Спасены от ненужных мук миллиарды разумных существ!


ТИТРЫ НА ЧЁРНОМ ФОНЕ (СПИСОК АКТЁРОВ И ДРУГАЯ НЕОБХОДИМАЯ ИНФОРМАЦИЯ).

КОНЕЦ ФИЛЬМА. РЕВОЛЮЦИЯ ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

В час быка - 19

Сцена № 61
Главная больница города.
День.

Эвиза оперирует Чеди под прозрачным силиколловым колпаком, ей ассистирует Вир Норин. Разрезав повреждённые участки, склеив кости и подсоединив кровеносные и лимфо-сосуды к пульсирующему аппарату, она даёт указания пепельно-голубому роботу Чеди:
— Раствор скоростной регенерации!
Вир подключает многоцилиндровый аппарат с системой трубок, концами закрепленных в колпаке. Эвиза Танет, отдыхая, вытягивается на твёрдом диванчике, слегка облокотясь на левую руку и закинув за голову согнутую правую. Вир Норин крепко пожимает локоть Эвизы, выступивший из-под густых, круто вьющихся волос её затылка.
Вир Норин: Я пойду. Держим связь!
Эвиза Танет: Погодите, Вир, мы так и не поговорили. У вас должно быть столько впечатлений от города! И... что вы скажете обо мне и Гэне?
Вир Норин: В каком смысле?
Эвиза Танет: Ведь если б я была снисходительнее к нему, он бы не отправился в экспедицию, и остался жив...
Вир Норин (возвращаясь и садясь на пол напротив Эвизы): Если вы не любили Гэна, в чём же ваша вина?
Эвиза Танет: Должно быть, в этом проклятом мире  всё воспринимается по-другому.
Вир Норин: Всегда с нами будет сила Земли, нашего прекрасного дома. И наша дружба. И мечта о любви...
Эвиза Танет: Спасибо. Вир, мне было нужно это напоминание. Особенно здесь, где словно все сговорились вредить друг другу без всяких причин. Каждый день происходит что-нибудь ужасное. Думайте обо мне что хотите, но я не хотела бы и лишнего часа остаться на Тормансе!
Вир посылает ей воздушный поцелуй и уходит. Эвиза опускает голову и засыпает.
В палату входит человек в измятом халате посетителя, с забинтованным лицом. Эвиза бросается ему на шею.
— Родис!
Фай Родис: Я пришла сменить вас. (Проводит пальцами по запавшей щеке Эвизы.)
Эвиза Танет: Не сейчас. Отойдёт нервное напряжение, и я буду спокойна.
Фай:  Я отведу. Ложитесь!
Родис массирует плечи и шею Эвизы, нажимая на определённые точки и напевая мантры.


Collapse )